Представляем интервью председателя Партии справедливости, права и демократии (ПСПД), депутата Милли Меджлиса Гудрата Гасангулиева сайту elchi.az

- Гудрат-бей, прошло 36 лет со дня трагедии 20 Января. Хотелось бы узнать Ваше мнение об этой дате как активного участника национально-освободительного движения.

- 20 Января – это день большой трагедии и в то же время большого героизма нашего народа. В тот день произошло полное моральное падение советской власти. Пусть бог смилостивится над всеми нашими шехидами. В то время наш народ был брошен в одиночестве, мир не слышал нашего голоса. Наутро после событий, 21 января Гейдар Алиев, которого мир знал как члена Политбюро ЦК КПСС, проявил большой патриотизм и смелость, отправившись вместе с Ильхамом Алиевым в азербайджанское представительство в Москве и осудив это кровавое преступление, сумел привлечь внимание мира к расправе над мирными людьми. Оказав серьезную поддержку национально-освободительному движению, покинув в июле 1991 года ряды КПСС, он внес большой вклад в падение компартии и Советского Союза. Вместе с тем я с большим почтением вспоминаю духовного лидера, шейх уль-ислама Хаджи Аллахшукюра Пашазаде, который стал во главе народа, фактически оставшегося без лидера, и с большим уважением организовавшего похороны шехидов. Молю бога о милосердии всем, кто имеет большие заслуги перед нашим народом и ушел в мир иной, а живым желаю здоровья и долголетия.

- Реза Пехлеви предложил установить в Иране конституционную монархию. Можно ли признать такую модель приемлемой?

- В настоящее время самым подходящим для Ирана вариантом может быть государственное устройство наподобие британского. Проведение этого преобразования духовным лидером стало бы для Ирана наиболее удачным вариантом. Духовный лидер обретает статус, равный статусу британского короля, парламент страны принимает республиканскую модель, формируются национальные республики и Иран превращается в федеративное государство. Но главный вопрос такой: согласится ли Хаменеи на ограничение своих полномочий? Для перехода к демократии мусульманских стран, где демократии нет, конституционная монархия – идеальный вариант государственного устройства. Этим путем можно предотвратить кровавые революции.

- А будет ли Реза Пехлеви, сын изгнанного шаха, принят остальными народами страны, помимо персов?

- Реза Пехлеви не дает каких-либо обещаний относительно национальных прав остальных народов. Если бы было признано целесообразным, говорил бы. Поэтому он не может получить серьезную поддержку остальных народов. И потом, он наследник другого диктатора. Но он вырос в США. Если США захотят демократизации Ирана, то построить в Иране демократию возможно. Хотя это займет много времени и будет очень непросто.

- Зачем же американцам не хотеть демократизации Ирана?

- Потому что при этом потребуется признать национальные права остальных народов Ирана и эта страна по меньшей мере должна превратиться в федеративное государство. Это считают угрозой в будущем для целостности Ирана. США нуждаются в унитарном Иране, которое можно будет противопоставить Турции и тюркским государствам, арабским странам. Они хотят лишь смены режима, чтобы Ираном управлял их человек, как в Венесуеле. Поэтому они долгие годы не оказывают политической поддержки национальным силам в Иране. Если бы оказали, то в Иране давно уже произошли бы большие перемены. И потом, демократический Иран может за короткое время превратиться в одно из сильнейших государств мира. Иран нужен им не как развитая индустриальная страна, а как поставщик сырья и как рынок сбыта их промышленной продукции. Вы видите помехи, чинимые для развития Турции, которая считается союзником. Кроме того, для взаимопонимания с демократическими странами необходимо учитывать волю народа, но при единолично управляемых авторитарных режимах, которые только называются республикой, очень легко делать все через одного человека, особенно через Пехлеви, нашедшего приют в США.

- А может ли дестабилизация, хаос в Иране сказаться на нашей стране?

- Нет, ни в коей мере. Хотя в нашей стране имеется множество проблем, ждущих разрешения, люди верят в то, что президент проведет преобразования, и поддерживают эволюционное развитие. В нашей стране стабильность и спокойствие. Сегодня в крупных западных столицах после наступления темноты стоит на шаг отойти с центральных улиц, и можно стать жертвой тяжкого преступления. В этих столичных городах есть улицы, куда в вечерние часы даже полиция заходить не решается. Наши люди это знают и умеют ценить положение в своей стране. Наряду с этим, наши граждане с нетерпением ждут и начала больших реформ, которые улучшат условия жизни и обеспечат более надежную защиту прав и свобод человека.