Заместитель председателя комитета по обороне, безопасности и борьбе с коррупцией Милли Меджлиса, председатель Партии справедливости, права и демократии (ПСПД) Гудрат Гасангулиев на последнем заседании парламента, ссылаясь на сайт musavat.com, изложил факты беззаконий по отношению к живущим в России азербайджанцам, ограбления их имущества. Обращаясь к государственным органам, депутат заявил, что с Россией нужно говорить открыто. В широком интервью musavat.com депутат говорил об отношениях с Россией, а также о продолжающейся войне у наших южных границ, затронув при этом ряд интересных, даже сенсационных моментов.

- Гудрат-бей, на последнем заседании Милли Меджлиса Вы заявили о необходимости говорить с Россией. Во многих случаях Вы призывали к преодолению имеющихся в отношениях с Россией проблем переговорным путем. Сегодня в России идут тотальные преследования азербайджанцев, которые приносят несомненную пользу экономике этой страны, и все это происходит открыто. По-вашему, куда все эти процессы ведут, и почему Кремль таким образом испытывает терпение Азербайджана?

- По правде говоря, мне и самому не совсем понятно, почему они так делают. На заседании Милли Меджлиса я отметил, что Россия с одной стороны выступает сторонником тесного сотрудничества и интеграции в рамках СНГ, но с другой стороны продолжает притеснять мигрантов из бывших советских республик, особенно людей из стран СНГ. Затрудняется их приезд и проживание в России. Поэтому трудно понять, что происходит. Провозглашаемая политика и реальные шаги противоречат друг другу. Думаешь, что это делают, наверное, с целью притеснять мигрантов и вовлечь их в войну. Россия в настоящее время серьезно нуждается в рабочей силе. Как я отметил, от приезжающих из СНГ трудовых мигрантов требуют знания русского языка, но в то же время завозят трудовых мигрантов из Индии, перед которыми такого требования не ставят. Значит, причина этих притеснений другая. Приезжие из СНГ работают на рынках, в строительном секторе и на других трудных участках. Русские считают такую тяжелую работу ниже своего достоинства. С Россией нужно говорить открыто. Как говорится, где шито-крыто, там нет дружбы. Вам известно, что я всегда был сторонником тесного сотрудничества с Россией, поддерживал интеграцию в рамках СНГ, время от времени выступал с инициативой создания на пространстве Евразии нового образования по модели ЕС, с участием Турции, Ирана и стран – членов СНГ. Чтобы был общий рынок, люди могли свободно передвигаться, устранить государственные границы, был свободный оборот товаров, рабочей силы, капиталов, , чтобы граждане на своих автомобилях ездили, путешествовали. Мы долгие годы жили вместе вначале в царской России, а потом в Советском Союзе. В Европе есть народы, которые не имеют таких исторических, гуманитарных и культурных связей, как мы, но сумели объединиться в Европейском союзе. Там есть единое таможенное пространство и свободная экономика, государства уже не боятся друг друга. Каждая из бывших советских республик имеет широкие международные связи. Такой союз может ускорить в этих странах экономическое развитие и улучшить благосостояние людей. И потом, возникновение нового союза между Европой и Китаем внесет большой вклад в безопасность, усилит конкурентную среду на пространстве Евразии. В целом это послужило бы человечеству, миру и процветанию. С этой точки зрения я счел целесообразным наличие такого союза.

- Но пример России иной, она продолжает войну против Украины.

- Нынешняя политика России непонятна. Россия проводила такую политику, что Украина, один из учредителей СНГ, вышла из этого объединения и в настоящее время ведет борьбу против российской агрессии. Из СНГ вышла Грузия в двух регионах которой Россия создала прокси-государства. Молдова также объявила, что готовится выйти из СНГ. В этом плане Россия должна подумать о том, что нынешняя политика может привести к их изоляции в регионе. Поэтому они должны внести серьезные изменения в свою политику. Конечно, я сказал, что мы высоко ценим отношения с Россией, но и Кремль не должен воспринять это как слабость, злоупотреблять этим.

- Россия не предприняла нужные шаги и в связи с нашим сбитым гражданским самолетом.

- Демонстративно высокомерно заявлять «наказывать преступников не буду, платить компенсацию не стану», смотреть на других членов СНГ сверху вниз – все это серьезно подрывает межгосударственные отношения, от этого страдают простые люди. Если Россия изменит свою политику, какая бывшая советская республика захочет отдалиться от них? В России живет до 2 млн. азербайджанцев, более 2 млн. армян, а также казахи, узбеки, таджики, туркмены, представители других народов, и все они отправляют своим семьям деньги. По уровню науки, образования, здравоохранения, показателям социально-экономического развития Россия превосходит другие страны СНГ, обладает обширной территорией и природными ресурсами. В этом отношении кто не захочет дружить с такой страной? Но и сама Россия своим достойным поведением должна стремиться к этой дружбе.

- Мы уже коснулись темы отношения нашего северного соседа к другим пост-советским республикам. Но сегодня войну ведет и наш южный сосед, в итоге Азербайджан оказался между двух огней. В Иране именно азербайджанцы больше всего страдают от лишений войны и от режима. Каковы Ваши ожидания относительно Ирана?

- К сожалению, в Иране, у нашего второго большого соседа сложилось очень тяжелое положение. Причем у такого соседа – Ирана, который я всегда называю также тюркским государством. К сожалению, руководство Ирана не сумело уберечь свою страну от войны, в результате бомбардировки фактически превращают страну в руины, уничтожена большая часть политической элиты, разрушается гражданская инфраструктура. Я и прежде говорил, что для преодоления последствий этих бомбардировок потребуются десятилетия и сотни миллиардов долларов – если только Иран сумеет сохранить свою территориальную целостность. Некоторые говорят, что США в Иране увязли в трясине. Но я уверен, что в США все понимали невозможность замены власти в Иране одними воздушными ударами, без введения сухопутных войск. Если кто-то говорил, что как только начнутся бомбардировки, народ сразу же поднимется и сменит власть, это несерьезный подход. Потому что этот режим, в мирное время расстреливавший своих граждан за протест, в военное время будет действовать еще жестче. Я всегда говорил, что война представляется неизбежной, но без сухопутного вторжения достичь результата невозможно.

- По-вашему, эта война затянется?

- С самого утра первого дня войны США и Израиль заявляют, что война протянется 4-6 недель. Слишком велик дисбаланс военной силы между воюющими сторонами. Сопротивление Ирана ничего не меняет, не изменит. Ракетные атаки Ирана на Израиль или на страны Персидского залива на результат войны серьезно не повлияют. США ведь возместят расходы на войну за счет стран Персидского залива. Если страны Персидского залива увидят, что военный потенциал Ирана полностью разрушен, тогда они могут включиться в войну. Возможно также, что когда Иран полностью ослабнет, США захватят стратегические острова Ирана в Персидском заливе. Речь идет о крупнейшем иранском острове Кешм, объявленном свободной экономической зоной, и о стратегически важном острове Харг. Оттуда осуществляется 90% всех экономических связей Ирана. Кешм расположен всего в 2 км от сухопутных границ Ирана. Есть даже вероятность, что в случае оккупации Кешма Реза Пехлеви может провозгласить на острове временное иранское правительство.

- Примут ли азербайджанцы такой вариант?

- Азербайджанцы в Иране считают себя государствообразующим народом. Подавляющее большинство наших соотечественников не считает себя этническим меньшинством. Но национальные права азербайджанцев должны быть там признаны. Самым подходящим и верным для нас, для азербайджанцев, было проведение в Иране реформ сверху. То есть азербайджанцы получают культурную автономию, возможность развивать свой язык и культуру. Потом политическая автономия, а уже на следующем этапе, если потребуется, - создание своего независимого государства. Если там, к примеру, будет построено культурное и цивилизованное государство, защищены права человека, то даже отсюда азербайджанцы захотели бы переселиться туда на жительство. В Европе есть народы, которые не стремятся провозгласить свою независимость. Скажем, в Шотландии сколько раз провели референдум, чтобы отделиться от Британии, но народ за отделение не голосует. Если людям обеспечены безопасность и комфортная жизнь, если уважается их национальная идентичность, не затрагивается гордость народа, то нет нужды превращаться в самостоятельного субъекта международного сообщества. К примеру, одно дело находиться в составе какого-то государства добровольно, это совершенно другое психологическое состояние, и совсем другое – знать, что другой народ силой подчиняет тебя. Это вызывает совсем другую ситуацию. Например, чехи и словаки разделились в культурно форме, без крови и насилия. Хотя они могли бы сохранить единое государство Чехословакию. Говорю об этом потому, что для азербайджанцев в Иране вариантов в будущем немало. Но чувствуется, что США не особенно заинтересованы в строительстве демократического государства в Иране. Они хотят заменить режим и привести к власти своих людей, как в Венесуеле.

- Не означает ли это, что планы относительно азербайджанцев отсутсвуют?

- Да. Это чувствовалось еще заблаговременно. Вы видите, что Запад, борясь против иранского режима, за все время этому фактору внимания не уделил. Собственно, самым легким путем добиться падения режима в Иране было вынести на первый план вопрос национальной принадлежности, внести в повестку дня тему прав национальных меньшинств. Но они ни разу не пришли к этому вопросу.

- Почему?

- Во-первых, они хотят по соседству с Турцией и арабскими странами сохранить второе большое шиитско-исламское государство, отличающееся религиозным течением. С другой стороны, они знают, что демократический Иран, обладающий большими природными ресурсами, за короткое время превратится в большую региональную державу. Договариваться с главой демократического государства трудно, зато с авторитарным деятелем – очень легко. В возникновении сильного мусульманского государства они не выглядят заинтересованными, говорю открыто.

- Правы те, кто говорит, что после Ирана на очереди – Турция?

- Турция обладает некоторыми демократическими традициями, но и ее усиления стараются не допустить. США не борются за демократию в мире, они хотят подружиться с теми государствами, которые обладают природными ресурсами, чтобы извлекать выгоду из их ресурсов, или управлять ими. Объявляя свою позицию относительно Кубы, он сказал, что президент Кубы должен уйти, но мы не заинтересованы в смене тамошнего режима. Это значит - должен прийти такой человек, который будет с нами сотрудничать, будет работать, как мы скажем. Венесуельцам сказали – мы будем продавать вашу нефть, и теперь хотят продавать также иранскую нефть. То есть речь не о демократии идет. Они хотят привести Иран в более безопасное для себя состояние. Чтобы у них не было ни ядерного оружия, ни баллистических ракет, ни возможности содержать прокси группировки. Обратились к иранскому народу, что идите и захватывайте государственные органы. Иранский режим испугался перспективы потерять власть и стал стрелять в народ, фактически угодив в ловушку. И тогда США заявили, что режим, стреляющий в мирных людей, должен уйти. Таким путем Америка перетянула на свою сторону весь мир.

- Но некоторые эксперты говорят, что это США попали в ловушку, увязли в трясине и ищут выход.

- В действительности не США, а Иран попал в ловушку, утратил поддержку мирового сообщества. Цивилизованный мир заявил, что такой режим не может править никаким государством.
- По-вашему, есть ли у Баку и Анкары совместный план относительно Ирана?

- Надеюсь, определенная координация есть. Состоялся визит Джейхуна Байрамова. Глава МИД Азербайджана регулярно проводит переговоры со своим турецким коллегой Хаканом Фиданом. Были телефонные переговоры на уровне президентов. Я уверен, что налицо серьезное сотрудничество. Я и прежде говорил, что Азербайджан может быть вовлечен в конфликт в трех случаях. Нынешняя политика Азербайджана полностью отвечает интересам нашего народа и государства. Если на Азербайджан нападут, мы вынуждены обороняться. Второй – если в Иране падет центральная власть и азербайджанцы подвергнутся этническим чисткам, и третий – если наши соотечественники станут жертвой геноцида. Азербайджан должен стремиться к тому, чтобы во всех случаях действовать совместно с Турцией. Но в любом случае азербайджанцев в Иране защищать должны мы. Сейчас уже не 1946-й год, у нас есть свое независимое государство. Государство для того и нужно, чтобы защищать соотечественников. Мы хотели бы, чтобы этой войны не было, чтобы Иран договорился с США и Израилем. Иран заявляет о своей правоте и не учитывает одного – не всегда побеждает тот, кто прав. Если ты прав, и вдобавок если ты силен и политически зрел, тогда можешь победить. Но в войне побеждает сильнейший. Они все это в расчет не приняли. И политика, и дипломатия служат для того, чтобы ты мог защитить страну. Если нужно, ты должен сделать не один, а все пять шагов назад. Если речь идет о твоей жизни, да, можешь рисковать своей жизнью, но если речь идет о твоем народе, твоем государстве, то тогда эта высокомерная внешняя политика ведет к таким тяжелым результатам.