«Сокращенных граждан нельзя бросать на произвол судьбы»

Представляем интервью председателя Партии справедливости, права и демократии (ПСПД), депутата Милли Меджлиса Гудрата Гасангулиева сайту azpolitika.info о воздействии военных операций против Ирана на регион, о возможных последствиях этой войны и на актуальные общественные темы.

- Гудрат-бей, в результате атак США и Израиля убиты глава Верховного совета национальной безопасности Ирана Лариджани, командующий силами “Басидж» и глава «Эттелаат». Наряду с военными, на мишень берут также политиков и дипломатов. Как по-Вашему, этот путь приведет к разрешению иранской проблемы, или еще более усугубит положение?

- По-моему, Лариджани не ликвидировали еще раньше потому, что, возможно, думали, что после гибели многих официальных лиц, в том числе верховного духовного лидера, можно будет пойти с ним на переговоры. Как видно, США хотят не столько смены режима в Иране, сколько формирования новой власти, которая будет с ними сотрудничать. Но Лариджани отказался от этого и занял более жесткую позицию, и тогда его убрали. Вероятно, США и Израиль будут стараться ликвидировать сторонников продолжения войны, чтобы потом решающее слово было за желательным лицом, которое в той или иной форме пришло к согласию – как для сохранения собственной жизни, так и понимая бессмысленность дальнейшей войны.

- Может ли таким лицом быть президент М.Пезешкиян?

- Может. Возможно, Пезешкияна не трогают потому, что это единственное легитимно избранное иранским народом лицо. Видимо, хотят, чтобы легитимность того или иного документа, который будет подписан с Ираном, потом никем не оспаривалась. Но избрание Пезешкияна допустили, потому что он не является сильным лидером, ему сейчас в Иране не принадлежит решающее слово. Главная роль в государственном управлении принадлежит СЕПАХ. Они не позволят Пезешкияну принять какое-либо решение о прекращении войны. Необходимо было остановить войну, пока экономика Ирана не была полностью разрушена. Понадобится решать социальные проблемы 90-миллионного населения. Правда, пока Иран может продавать свою нефть, но через некоторое время начнут создавать проблемы с продажей нефти и с ее доставкой. Например, могут оккупировать острова Кешм и Харк. Там живет около 148-150 тысяч человек. Несколько дней назад я прочитал в прессе, что Реза Пехлеви говорит: если какой-то город в Иране будет освобожден, они немедленно переедут туда и сформируют новое правительство. Остров Кешм довольно большой, его площадь составляет около 1400 кв. км, к тому же расположен недалеко от Ормузского пролива и является свободной экономической зоной.

- Среди основных целей и остров Харк.

- Да, Иран основную торговлю нефтью осуществляет через остров Харк, но другие торговые и экономические связи осуществляются главным образом через остров Кешм. Иранское руководство должно признать, что народ хочет перемен. Они должны договориться с США и пойти на реформы, спасти страну от развала. Пожелаем, чтобы война поскорее закончилась. Потому что если по соседству горит дом, пожар может перейти и на ваш дом. Соседние страны тесно связаны друг с другом, и все хотят, чтобы сосед тоже развивался, чтобы уровень жизни у него был высоким. Это нормальные соседские отношения. К сожалению, иранское руководство не смогло избежать войны. Они всегда считали себя правыми и не учли, что в войне недостаточно быть правым - побеждает тот, кто сильнее, кто политически более зрел и гибок. Они же заняли очень жесткую и бескомпромиссную позицию и в конечном итоге позволили тандему США -Израиль бомбить их. К тому же в некотором смысле спровоцировали их. Дональд Трамп сначала призвал людей выйти на улицы, захватывать государственные здания. Руководство же в страхе от перспективы потерять власть стали расстреливать протестующих. После этого, когда США и Израиль напали на Иран, видевший это зверство цивилизованный мир промолчал, решив, что режим, который так обращается со своим народом, уже потерял свою легитимность и должен быть заменен. Но иранское руководство должно было действовать более сдержанно, проявить больше терпения и выдержки к народу.

- Союзники США стоят в стороне, и даже на призыв Трампа помочь в восстановлении контроля над проливом Европа и НАТО ответили отказом.

- Тому есть причина. Потому что в вопросе Украины Америка не оказывает той поддержки, которую ожидает Европа, и говорит: это не наша война, она очень далека от нас. Их позиция такова: "я могу только продавать оружие, давайте деньги". Теперь же сложилась похожая ситуация. Европа говорит, чтобы США не ожидали от них военного вмешательства. Теперь Трамп говорит: мы защищали их, а они нас не стали защищать. За всю историю НАТО пятая статья Устава использовалась лишь один раз, и это произошло после событий 11 сентября, когда нанесли удар по башням-близнецам, и затем была объявлена война Афганистану. НАТО восприняло это как нападение на США. Европейские страны вместе с США направили в Афганистан армию и понесли многочисленные потери. Поэтому неправильно расценивать сегодняшнюю позицию Европы как предательство. Они ведут себя так же, как США ведут себя по отношению к Украине. Потому что НАТО - это оборонная организация, и если одно из государств-членов альянса нападает на другое государство, другие страны-члены не обязаны его защищать.

- Может ли в результате этой войны Иран утратить контроль над Ормузским проливом и стратегическими коммуникациями?

- Иран в любом соглашении будет стараться сохранить свой суверенитет. Они не захотят потерять контроль над Ормузским проливом и другими местами. Но в случае продолжения войны под угрозой окажется существование Ирана как государства. В этом плане при любом соглашении главными предметами обсуждения будут защита суверенитета и территориальной целостности Ирана. Правительство признает убийство более 3 тыс. протестующих, но в неофициальных сообщениях цифра измеряется десятками тысяч. Они должны отойти в сторону и передать власть новому поколению для того, чтобы защитить и себя, и страну. Опыт Сирии показывает, что невозможно остаться у власти, проливая много крови. Этот путь ведет к большой трагедии как самих, так и страну.

- Однако люди на улицы не выходят.

- Потому что знают, что если расстреливали мирных людей, то если теперь кто-то выйдет на улицы, против них могут применить более тяжелое оружие, вплоть до артиллерии. То есть люди не протестуют из страха. По этой причине Израиль сумел без труда выстроить там себе агентурную сеть. Люди передают сведения, и внутреннее сопротивление режиму делает его очень слабым. Если Америка направит против Ирана сухопутные войска и оккупирует какие-то территории, и если будет продолжаться бомбардировка, то все может измениться в один миг. Только путем воздушной бомбардировки добиться смены режима очень трудно. Но по мере продолжения войны гражданская инфраструктура будет разрушаться, и вероятность социального взрыва значительно возрастет.

- Если союзники добьются смены режима в Иране, то к какой системе будут стремиться?

- Откровенно говоря, не вижу, чтобы США или Израиль стремились построить в Иране демократическое государство. Они больше хотят свергнуть нынешний режим и сформировать выгодное для них авторитарное правительство.

- Прошел уже месяц с начала войны, а ожидавшаяся большая паника так и не произошла. Были предположения, что с началом войны часть населения покинет страну. Однако воздействие событий на соседние страны, в том числе и на нас, оказалось совершенно иным.

- Я никогда не думал, что там будет большой поток беженцев. Знаете почему? Во время войны население бежит тогда, когда, как это было в Карабахе, вторгаются сухопутные войска и убивают мирных жителей. Но население знает, что нападают Америка и Израиль. Конечно, во время войны ошибки случаются и будут. Бывают и трагедии, подобные обстрелу школы для девочек. Но население знает, что в основном они бьют по государственным учреждениям и военным объектам. Поэтому не ожидается, чтобы простые люди начали бежать. Если же будет гуманитарный кризис, голод, тогда, конечно, возможен массовый отток людей. В этом случае как мы можем не пустить наших соотечественников в Азербайджан? Это было бы большое пятно на азербайджанском государстве, которое невозможно стереть на протяжении истории. К тому же у нас есть международные обязательства. Мы присоединились к Женевской конвенции 1951 года о статусе беженцев, мы должны им помочь. Международные конвенции, к которым присоединился Азербайджан, имеют высшую юридическую силу после Конституции и законов, принятых путем референдума. Несколько лет назад в своих выступлениях в парламенте я говорил, что мы должны увеличить запасы продовольствия и быть готовыми к худшим вариантам. Если, не дай бог, случится такая гуманитарная катастрофа, мы должны немедленно обратиться за помощью к ООН и крупным государствам-донорам. Для беженцев могут быть созданы лагеря в приграничных районах. Во-первых, это наш человеческий долг, во-вторых, национально-духовный долг, а в-третьих - международный долг.

- В парламенте Вы резко критиковали судебно-правовую систему. По-вашему, что в этой системе должно быть изменено?

- По меньшей мере, соответствующий комитет Милли Меджлиса, или омбудсман должны иметь возможность востребовать судебные материалы по тому или иному уголовному или гражданскому делу и ознакомиться с ними. К сожалению, поступают сведения о том, что суды низшей инстанции принимают решения, заранее согласованные с судами высоких инстанций, и при этом граждане не могут найти в судах справедливость. Налицо серьезное воздействие на судебные решения со стороны исполнительной власти. В стране должен быть введен институт присяжных заседателей.

- Последнее время в исполнительных властях, в ряде министерств и комитетов проводятся сокращения. Будет ли это способствовать большей мобильности правительства?

- Определенные сокращения идут. Очень хотел бы, чтобы проводились системные преобразования в управлении. Сейчас в каких-то министерствах сокращается количество сотрудников, или говорят, что около 50 процентов публичных юридических лиц будут ликвидированы. У нас сильно раздут бюрократический аппарат, и это одно из главных препятствий на пути развития. Необходимо серьезно сократить число министерств, комитетов, служб, агентств. В Узбекистане этот процесс тоже идет. Но эта работа должна проводиться таким образом, чтобы наши люди не страдали. У многих из них есть долги, кредиты, у них семьи. Их нельзя разом увольнять и бросать на произвол судьбы. Ведь они служили государству, это наши граждане. Необходимо, чтобы частный сектор трудоустраивал этих людей. Частному сектору должны предоставляться возможности для этого. Но, судя по имеющейся у меня информации, крупные холдинги тоже проводят сокращения. То есть и у частного сектора возможности для найма этих людей ограничены. В таком положении государство должно предоставить этим людям, например, долгосрочные кредиты под очень низкие проценты, чтобы они могли наладить малый бизнес, действовать как предприниматели. Для них можно организовать специальные курсы, в каких сферах они могли бы работать. А то увольнять людей и бросать их на произвол судьбы неправильно. Но в целом считаю уменьшение государственного аппарата положительным и верным шагом. Необходимо содержать меньшее количество государственных служащих, но платить им высокую зарплату. Им следует обеспечить достойные условия жизни. При этом должны быть созданы механизмы взаимного контроля. Эти механизмы необходимы для того, чтобы чиновники не брали взятки, не притесняли граждан, правильно и эффективно использовали государственную собственность, не разворовывали и не расхищали ее.

- Некоторое время назад обсуждался вопрос конституционных изменений. Ожидается ли нечто такое?

- Если проведут так, как в Нахчыване, то лучше бы не проводить. Как там изменили управление? Вначале исполнительные функции были у председателя Верховного меджлиса, а теперь исполнительные полномочия и у председателя Верховного меджлиса, и у премьер-министра, и у полномочного представителя президента республики. Положение еще больше осложнилось. Хотя следовало провести реальный раздел власти.